И у меня опять. И мне опять не спится.
Вопят машины. Душно. Заграница
Скрипит как неудобная кровать.
Я думаю… Борисыч, ты так прост!
Я тоже прост. Но так, как ты… Едва ли…
Меня еще гнетут житейские детали,
Еще тревожит половой вопрос.
Нет, ты не добрый. Добрый крупен телом.
И, если честно, среди нас таких и нет.
Мы внемлем времени. А времени совет,
Что лучше быть не добрым, а умелым.
Ты - серп судьбы. Ты - парень из народа.
Судьба тобою жнет. Народ с тобою пьет.
Пихает клюкву в водку. Огурцы под гнет.
Ты молчалив. Тобой молчит природа.
Вокруг же знатоки. Эстеты. Эрудиты.
Сторонники реформ. Кудесники словес.
Никто не промолчит. Не купит Спорт-Экспресс.
Не хлопнет по плечу, произнеся “Иди ты…”
В году двухтысячном тебе - мой первый стих.
Борисыч! Друг! Я к тем тебя причислю,
Кто мир не засорял незрелой мыслью,
В отличие от многих остальных.
Л. Чечурин Сувон, к 11 января 2000 года
